Владимир Мальцев

Ваша раздача, господин Дождь.

(хроники неправильного обращения с дежурным катаклизмом)

 

Пожалуй, для начала стоит дать несколько определений и характеристик. Итак. Мы - команда спелеологов, на время описываемых событий озабоченная поиском той пещеры, исследование которой - главная цель экспедиции. Не то, чтобы совсем новой. Она была найдена и в первом приближении описана лет десять назад - и потеряна обратно. Попыток найти вход было уже более десяти, исполненных разными командами, не то, чтобы столь уж бестолковыми, но - сугубо тщетно. Нас - шестеро. Я, Женя, Леша, Влад, Инга и Катя. Двое - специалисты по данному району, еще двое - спелеологи и скалолазы с хорошим стажем, еще двое - тоже не по первому разу. Они же, но в другом ракурсе - трое геологов, один математик, трое фотографов, один моряк, один писатель, двое физиков, один студент и еще десяток человек все в тех же пяти лицах. Впрочем, спелеологией обычно именно такая публика и развлекается, причем пещеры - исключительно хобби для всех.

Место действия - Туркмения, горы Кугитангтау, каньон Об-Дара. Интересное и характерное, кстати, название, в переводе с фарси означающее ⌠река с водой■. И ни хрена оно не тавтология. В гигантских каньонах Кугитанга, как правило, сухо, как в горле у алкаша, все-ж таки пустыня, появление в них воды в свободном состоянии - редкость исключительная, так что как только попадается каньон с мелочным родником и вытекающим из него ручьем длиной в пару сотен метров - сразу и гордое название ⌠реки■, и слово ⌠вода■, вынесенное в название, дабы никому и в голову не пришло сомневаться в возможности напиться┘

Каньон серьезный. Несколько десятков километров длины, от ста до трехсот метров глубины, с сотнями поворотов, тысячами полочек, многими тысячами дыр размером от кулака до Триумфальной Арки. С почти сотней вертикальных уступов дна типа сухих водопадов, глубиной от пары метров до сотни. Всего с десятком разумных спусков с плато. Далеко не самый крупный и сложный на Кугитанге, но - впечатляет.

***

Понятие дежурного катаклизма заслуживает более детальных пояснений, и опять же, парадокс здесь только кажущийся. В нашем контексте оно не имеет ничего общего с тем, что обычно понимают под означенным словосочетанием - типа там ежегодных московских снегопадов, разливов рек, и так далее. Вернемся к изначальному и точному смыслу слов. Строгий смысл слова ⌠катаклизм■ подразумевает явление природы, несущее реальную опасность и появляющуюся за секунды. Добавим - редкое. Слово ⌠дежурный■ подразумевает ⌠весьма регулярный■. И вот здесь-то собака и зарыта. ⌠Редкий■ может, в частности, означать и ⌠редко наблюдаемый■. Как в том анекдоте про Джо Неуловимого, который потому и неуловим, что никто его не ловит - никому он не нужен. Никто не ходит по каньонам после основательного майского ливня. Невозможно это. Селевой поток, в узких местах каньона захлестывающий стены на высоту десятков метров и ворочающий каменные чемоданчики ростом с дом, которые, впрочем, и сами по себе любят во время ливней падать со стен┘ Словом, оснований достаточно.

Впрочем, кому как. Поиск пещер - штука тяжелая, лед зимой, равно как и полусотенная жара летом, исключают удобство, если не саму возможность передвижения в каньонах, так что весна и осень - единственно возможные сезоны. А учитывая естественное желание хорошо пофотографировать - отпадает и осень с ее выжженным в ноль ландшафтом и полным отсутствием питьевой воды. Так что, риск попадания в сель - он был, есть и будет. Входящий в правила игры. Небольшой. За двадцать лет исследования пещер Кугитанга мне - так и просто ни разу не доводилось наблюдать сель живьем, некоторым знакомым - доводилось, но с безопасного расстояния, к тому же только в несерьезно мелких каньонах типа Каргали или Капкутан-Сая. Более того - все знакомые аборигены многократно пугали возможностью оного явления, но сколько я ни пытался найти хоть одного, кто бы видел сель в каньоне живьем - тщетно. Видят только то, что выхлестывает из каньонов на равнину, снося мосты и дороги и заливая жидкой грязью многие квадратные километры.

Потому - придется изложить собственные впечатления. Понимаю - побьют. Разумеется, морально. За пропаганду раздолбайства и наплевательского отношения к реальной опасности. Однако, побьют - не побьют, написать все равно нужно - наплевательское отношение, оно ведь очень разное бывает. Все зависит от того, видит ли индивидуум объект оного отношения, хорошо ли он его видит, понимает ли ответные действия данного объекта, насколько глубоко понимает┘ Ну, и так далее, не говоря уж о тонких физико-химических особенностях конкретно исполняемого плевка. Словом, понятно. Начать отсчет!

***

Минус сто часов. Пот заливает глаза. По нашему собственному идиотизму, кстати. Долго ведь перед выездом карты рассматривали, варианты перебирали. Правильно выбрали - забрасываться по плато с вьючными ослами от Чинджир-Сая, непосредственно выходя на приток, около которого по теории должна оказаться искомая пещера. Так нет. Приехав - угодили прямиком на празднование пятидесятилетия местной геологоразведочной экспедиции, были славно и с почетом приняты, а в результате - купились на идею заброситься с другой стороны каньона на машине. Которая даже до намеченной точки не дошла - стареет техника. Не говоря уж о предстоящем пересечении каньона и форсировании в нем именно того каскада сливов, убоявшись которого мы и задумали авантюру с ослами. Результат - прем по раскаленной сковородке плато в полной выкладке, в две ходки, мало, что без акклиматизации, так ведь еще и с дремучего похмелья.

Стоп. Пора спускаться, а уже темнеет. Без твердого знания тропы, да в трехсотметровый здесь каньон - явно не стоит. Ночуем. Вода, правда, на жестком контроле, брали с учетом спуска сегодня, так что без особого чаепития - один чайник на шестерых.

Зато красиво. Высота - под километр, видимость - миллион на миллион, закат играет┘ Температура - верх комфорта, ветерок - именно таков, чтобы сдувать комаров, но не мешать наслаждаться природой и трепом. На удивление -вопреки всей окружающей благодати, уже сегодня треп складывается вокруг угрозы ливней и селей. Запугали. Человек пять успело предупредить, что этой весной еще не было ни одного ливня, а значит - вот-вот начнется, и скорее всего - основательно. Так что, мол, ребята - не ставьте лагерей в руслах - снесет, не ставьте на полках - камнепадом накроет, а ищите для лагеря грот на высокой полке. Вот не будем. Даже если найдем такой грот, чтобы с приличным подходом и вблизи водопоя. Дикобразы - они тоже не дураки, все удовлетворяющие обозначенному критерию гроты давно ими оприходованы. Собственно, дикобраз как таковой - не угроза. Хоть зверь и серьезный, но в драку лезет в одном-единственном случае, то есть, если вдруг какой камикадзе начнет из него иголки на сувениры дергать. Угроза - те паразиты, которые на нем живут и в изобилии с него сыплются в этих самых гротах. Аргасовы клещи, чесоточные клещи, блохи, вши┘ Вместе с двумя десятками неприятных хворей, которые они разносят, типа того же клещевого возвратного тифа. Словом, если есть выбор между возможным селем и достоверным соседом-дикобразом, я выбираю сель. Впрочем - учитывая предупреждения и падающий второй день подряд барометр, сие мы еще посмотрим, кто что в итоге выберет.

***

Минус восемьдесят восемь часов. Не успеваем свернуть лагерь, как прибывают те двое геологов, которые и совратили нас на автовариант. И правда ведь, был разговор, что покажут тропу спуска не туда, куда мы с вечера прицеливались, а прямо к нужному месту. Вот и пришли показывать. Только одна такая маленькая деталь - искомое место неверно опространствилось, и собрались они нас вести аж на самую верхотуру. На фиг. Спускаемся здесь, Красноярцы каньоном прошли, Вятчин прошел даже с грузом, хоть и пришлось поломаться, а чем мы хуже? Один километр, пусть даже сложный, по жаре всегда лучше пятнадцати легких.

Для геологов - чистый аттракцион. Каньон считается непроходимым, вон скальная стенка с вылизанным шестидесятиметровым сливом его перегораживает, а эти пижоны видят - и прутся с полтинником кил на человека.

Так. Вот и замыкание. Обход должен быть где-то по полке справа, на единственном сложном месте Вятчин веревку оставлял. Впрочем, вот она сразу и висит, да только сложные места - они уже за веревкой начинаются. Каскад сливов по десять-двадцать метров, с хорошими такими отрицаловками. Ерунда. Скалолазы хорошие есть, обход найдут, а там прямо по сливам можно навеситься. Веревки хватит. Для полноты кайфа - крышу над каньоном вообразить, и совсем пещера получится, привычно все ж.

На втором сливе геологи дезертируют под предлогом передислокации своей буровой, а если серьезно - то намучившись с непривычным железом на первом. Пустячок, а приятно. Не в смысле, что надоели, отнюдь. Цирк надоело показывать, а ведь он только начинается. Причем именно с железом. Отказались самохваты старомгрешной конструкции держать на современной мягкой веревке, и хоть ты тресни. Свистят, как по намыленной.

Странный человек - бывалый путешественник. Казалось бы - принцип экономии веса в крови должен быть, ан нет. Вон на перекусе перед подъемом Женька полчаса бухтел, что озадачили его котлы на всех брать, он полдня гараж перекапывал, а сейчас по рюкзакам протрясли - два лишних котла образовалось. Так и здесь - пришлось мне доставать из рюкзака пору сунутых на всякий случай самохватов другой системы. Это когда я перед отлетом взвесил рюкзак, обнаружил перебор, с сожалением вынул лодку (очень нужный в пустыне предмет), опять взвесил, обнаружил недобор - и напихначил, что под руку попалось.

Итак - один комплект на шестерых, да и то слегка дефективный. В смысле, что стремена у собиравшего снарягу Леши пошиты жестко, по ноге не подгоняются. Лет эдак двенадцать назад, к штурму пропасти Напра. А там и тогда обувь использовалась несколько другая - резиновые сапоги. На современный вибрам с толстой подошвой подобные стремена не лезут, доставать запасные кеды тоже неоткуда - все рюкзаки уже ушли наверх, приходится разуваться - и в носочках. Наверное, презабавно со стороны выглядит.

***

Женька зверствует. Дорвался. В таких командах, как наша, принцип единоначалия отсутствует напрочь - и присутствует в полной мере. То есть - сейчас идет вертикаль, Женька в этом наиболее опытен - он и адмиральствует. Пройдем - роли перетасуются, в зависимости от того, что там дальше. А сейчас стоит наверху и фитилит, чтобы каски одевали, друг другу обвязки проверяли и подгоняли, как будто не двадцатиметровый уступ и нормальная команда, а стометровый и отделение чайников. Впрочем, сам тоже не сачкует - мешки тягает, как подъемный кран.

Третий уступ, четвертый┘ Ночь на дворе, фонари позажигали, совсем как будто пещера пошла. Все. Вертикаль кончилась. Правда, по данным разведки, еще метров триста идет полка, с которой есть, куда падать, зато дальше появится настоящее человеческое дно.

Странные, между прочим, люди┘ Как Женька час назад выпендривался на тему безопасности вокруг ерундового слива с надежной навеской, а тут предупредил, чтобы поближе к стенке держались, и - все. Пешком, с рюкзачками по тридцать за плечами, с сепульками кил по десять в руках┘ А идти непросто. Даже завис в некоторый момент - щебенка ехать стала под ногами. Ребята, конечно, подсобили, но стало интересно - что, если не подсобили бы? Взгляд назад с ближайшего удобного поворота, так, чтобы против луны... Ой, мама! Полка-то вся из себя шириной метра два, наклон градусов двадцать, щебеночкой ровно эдак присыпана, ни одного кустика, ни одной зацепки на стене, а вниз - метров сорок! Знал бы - заставил бы перила учинить. В чем, кстати, и главная прелесть ночного хождения - не видно, конечно, куда идти, но и куда лететь - тоже не видно! Придавливает страх высоты.

***

Минус семьдесят два часа. Последний траверс по скале, и - нормальное, надежное дно. Галечное русло метров двадцать шириной, отдельные каменюки и кустики торчат - раздолье. Озеро вон в котле под ближайшим сливом - есть, что пить. Видимо, то самое, которое в привязке пещеры указано, то есть - совсем рядом осталось.

Хорошее место для лагеря. Самое то, чтобы в сель попадать. Пятнадцать метров от крайней лежки - и слив, который к озеру, метров на десять, сразу за озером - на двадцать, там еще какой-то мелочный, и наконец - главный, шестидесятиметровый. Тот, которым снизу любовались и для обхода которого полдня по полкам корячились. Сегодня-то дождя не ожидается? Впрочем, вариантов все равно нет. Леший его знает, где тут полки приличные, ночью все равно не найти. Да и что значит приличные? Взять, к примеру, весь тот каскад сливов, который мы сейчас обходили. Полок на нем много, скалы огромадные, с виду, так просто масса надежных убежищ. Только вот видел я очень похожий каньон Булак-Дара до и после селя семьдесят девятого года. Есть там в точности такой же каскад, и образовался он единомоментно. На протяжении примерно часа. Как правило, подобные конструкции при тщательном рассмотрении оказываются вообще не уступами дна, а хорошо зализанными и замытыми галькой завалами. То есть - мы расположились в самом, что ни на есть, камнепадном участке. А дальше уходить - еще полдня терять, груз-то пока не весь пришел. Вторую ношу в начале обходной полки забазировали.

Дрова вот замечательные. В верховьях каньона хороший арчовый лес, так что бревнышки натыканы по всем щелям. Арча и сама по себе хорошо горит, разновидность можжевельника все ж, но в виде плавника - просто ни с чем не сравнимо. Бревно толщиной с человека поджигается от спички и горит даже в одиночестве. С массой углей и с таким жаром, что не подойти. И, несмотря на то, что хвойное - на углях можно жарить все, что угодно. Вся смола вымылась водой. Свойства, между прочим, особенно существенные именно в спелеологической экспедиции, где костер - штука редка в принципе. Под землей - примуса пойдут всякие, газовые горелки, спирт сухой - так все это суррогаты. Да и в разумной окрестности входа в известную пещеру количество дров дай Бог, если окажется достаточным для приготовления одного ужина. А хорошее вечернее возлежание у костра - вещь ни с чем не сравнимая, особенно если свойства дров гармонируют со свойствами пейзажа. Костер из арчового плавника с его бледным бездымным пламенем и ярко-углистым кострищем - в самую точку. Более яркое пламя осветило бы камни вокруг, но увело бы в темноту лунные блики на монументальных стенах и приглушило бы кристальную чистоту звездного неба. А для ближнего окружения, создающего собственно комфорт и настрой, света от кучки основательно раскаленных углей - в самый раз. Даже для очередного чайника, и то не нужно ничего подбрасывать. Поставить прямо в угли, пять минут - и кипит.

***

Минус шестьдесят четыре часа. Кстати о дровах. Когда ночью ветер разыгрался, костер все-таки извели. Во избежание. Затоптав мелочь и закопав в гальку крупные головешки. Вот Леша теперь и прыгает на одной ноге - постоял над закопанной головешкой, а она, оказывается, и не думала тухнуть. Горит себе спокойно под галькой, раскалив последнюю так, что натяни сверху тент - баня готова.

Разведка. Пожалуй, старое правило о том, что временные решения на поверку оказываются самыми постоянными, подтверждается в полной мере. То есть - хрен мы будем куда перетаскивать ляпнутый наспех ночью лагерь. Здесь хоть наверху широкая полка с каким-то символическим навесом есть. Жить на ней, разумеется, нельзя, но спасаться - можно. В пределах пары километров дальше - совсем ничего. Так что идея ясна: придется держать дежурного на лагере, чтобы в случае, если что приключится днем - эвакуировал барахло. Если что ночью - тоже успеем.

Только куда же пещера-то делась? Вот пресловутый каскад, вот озеро, вот широкое и плоское галечное дно. В десяти минутах ходу должна быть развилка. Не десять, правда, а пять, но до следующей - совсем два часа. Все правильно, каньон на развилке мелкий, типа сотни метров, это - единственное такое место. Дыра чуть ниже притока, на том же борту. Нет дыры. Должен быть здоровенный портал, машина въедет, укрытый на нависающей полке таким образом, что со дна виден только, если пройти повыше. Нет таких полок. Стенка почти плоская. Ладно, завтра придется заложить основательную разведку наверх, вдруг десять минут с двумя часами перепутали?

***

Минус сорок восемь часов. Картина все менее и менее понятна. Пещеры как не было, так и нет. Ни на первой развилке, ни на второй. Равно, как и там, где развилок нет навовсе, но на стену тем или иным боком можно взобраться хоть до какой-то полки.

А нужно торопиться - мало того, что барометр продолжает падать, так еще и появилось физическое ощущение близкого ненастья. Собственно, найти пещеру - и решились бы автоматически все проблемы с дождями и селями. Даже если вход прямо на дне каньона и принимает в себя главную реку, как в Кап-Кутане или Промежуточной - пройти сто метров вглубь, и там уже вся вода исчезает. Слишком дырявы здесь горы. Стоит воде попасть под землю - ищи ее свищи, бегая или ползая с канистрами от лагеря до ближайшего водокапа подчас сотни метров. Или налаживай стационарный водопровод вдоль пещеры.

***

Минус двадцать четыре часа. Барометр продолжает падать. Скалолазы, твою бабушку┘ Обеспечители безопасности хреновы. Влад, наверное, часа два рассказывал, все никак успокоиться не мог, как Леша на второй развилке разведывал полку, она возьми, да закончись, зато метрами восемью ниже новая образовалась. И крюк вбить негде. Для начала Леша наполном серьезе полчаса уговаривал Влада посидеть на этой полке шириной в ладонь и подержать веревку, пока он по ней спускаться будет. Не уговорил. Положил на полку камень величиной с голову, вообразил его большой скалой, навесился - и полез. Так, что даже Влад, присяжный, кстати, авантюрист, предпочел укопаться в ближайшую щель. Не столько из соображений, что пещерой может оказаться, сколько - чтобы не смотреть.

А к вечеру к той же развилке подошли и мы с Катей. Ходили оценить самые верховья, туда по каньону, обратно - по плато. С идеей спуститься на повороте за развилкой, там, где охотничья тропа проходит. Подошли почти в темноте - пару раз не туда засвистели, да и маршрут оказался не столь уж легкий. Даже если от прелестей каньона абстрагироваться, накручивающих много километров лишней ходьбы и кучу мелкого лазания, почти полтора километра набора высоты - не хрен собачий. Интересно, кстати, что местные охотники под тропой разумеют. До некоторого момента - все путем, натоптано, туры указательные через каждые сто метров сложены, а дальше вдруг стена метров на сорок. Не то, чтобы неприступная. Зацепки есть, лезть можно, очередной тур стоит сверху, следующий - снизу. Даже, пожалуй, не так уж сложно, но не в темноте и не с рюкзаком, набитым фотоаппаратурой. Метров на десять спустился, и - все. Дальше кисло.

У нас-то веревки нет, но у Леши с Владом - навалом. В одиночку подняться - ерунда, подниматься всегда легче, а уж с веревкой и в темноте без проблем спустимся. Приходится полчаса оглашать каньон истошными воплями. И тут - великий камикадзе Леша, вальяжно расположившись внизу, начинает читать нам целую лекцию о том, по какой ужасающей стене мы собрались спускаться. Итог - придется пилить по плато до нашей развилки, там без веревки тоже никак, но там хоть встретят.

Легко сказать. В каньоне темнота - помощник, с фонарем видно все, что реально нужно, а падать не страшно. На плато - расклад другой. Оно хоть и плато, но ложбинок - куча. И никакой фонарь не помогает отличить ложбинку от серьезного каньона. Казалось бы - направление правильное, пошел спуск в очередной ложок, круче, круче, вот-вот должно быть дно┘ Хлоп! Под ногой пустота. Метров эдак на сто-двести. Три таких запила - пожалуй, хватит. Костерок на стратегической высотке развести, приспособить фонари на окрестных кустах, прицелить их по курсу... Выйдут ребята наверх встречать, не заметить не смогут, зададут своим светом генеральное направление.

Все так. Только вот небо не нравится. Полдня хмурилось, а пока у костерка сидели - два дождя прошло, правда, слабых. Сейчас, уже в лагере - третий. И барометр, вчера, правда, остановившийся, опять упал. Кажется, начинает собираться всерьез, пожалуй уже завтра начнется.

***

Минусшестнадцать часов. Утро. Еле успел при первых же каплях нового дождя раскатать полиэтилен и накрыть лежку и разложенное вокруг барахло. И - опять спать. Вчерашние приключения с возвращением в час ночи и последующим обсуждением, требуют выспаться основательно. К тому же - скалы мокрые, хрен полазишь. Опять же - видимо, давление, наконец, упало именно туда, куда стремилось. Во всяком случае, навалившаяся спячка симптоматична.

К полудню слегка распогаживается и выглянувшее солнце выгоняет из спальников, заставляя перебраться в тень. Уже не до выхода - и мокро, и тучки то здесь, то там, того и гляди - опять дождь, а то и обещанно-долгожданный ливень. Пожалуй, дневка будет в самый раз.

Как и в первый день, всякий разговор съезжает на грядущий сель. Даже, скажем, бравое Лешино заявление о том, что хрен с ней с пещерой - такие каньоны, как наш в районе второй развилки, он только в американских фильмах видел. Правда - там еще и реки есть, туристы на плотах сплавляются┘ Разумеется, следует немедленный совет - беги, мол, срочно доверху, манстрячь там плот, завтра будет сель - вот и прокатишься не хуже любых американцев. С сожалениями, что красивая и фотогеничная лодка дома осталась.

Пожалуй, обсуждены все детали эвакуации, и когда ее начинать, и на какую полку бечь, и куда можно по дороге вещи сховать, если время поджимать станет┘ Маэстро, не пора ли давать увертюру?

***

Минус четыре с половиной часа. Пожалуй, началось. С неба - стена дождя, капли с орех, молнии со всех сторон. Только вот со всеми этими обсосанными в мельчайших деталях стратегиями и тактиками что-то не так. Ну не лежит душа начинать плановую эвакуацию, и все тут. То ли интуиция твердит, что это еще не тот ливень, то ли опыт подсказывает, что мы в самом безопасном месте сидим, то ли просто жалко ужин полусваренный бросать┘

В общем, сам собой выбирается несколько странный паллиатив - эвакуироваться в грот чуть выше по течению, поужинать там, все равно расчеты (да и агентурная информация) показывают, что такому дождю не один час лить нужно для развития селя, а дальше - действовать по обстановке. И наплевать на то, что грот - куда, как менее безопасное место, чем теперешняя стоянка. Высота входа - метра два, расположение - точно под бой струи, самая высокая полочка - в двух метрах над руслом. Зато можно с комфортом и в сухости поужинать, чаев погонять, стратегию, опять же, новую придумать и обсудить┘

***

Минус четыре часа. Вот и чай созрел. Кстати, а ⌠не один час■ - это сколько? Пускаем в ход весь свой опыт, все агентурные данные, ну и так далее. Получается, что, пожалуй, именно один час и есть тот самый минимум, а эвакуацию нужно начинать на сороковой минуте дождя. Разумеется, если сила дождя - именно такая. Впрочем, какая? Кончился ведь, и всего на пятнадцатой минуте.

Отбой воздушной тревоги. Забавно - все дружно, не сговариваясь, начинают эвакуацию остального барахла. Сюда же, в грот. Спальники спокойно так пристраивают, как будто не торчит вон там, где в изгибе каньона виден клок неба, следующая туча. Черная-пречерная, не чета той хиленькой, из которой давеча лило.

Вообще-то, что само по себе интересно, так это просто настроение экипажа посмотреть за последние три дня. В начале, когда сель был маловероятной гипотезой, имели место быть некоторые оттенки неуверенности. Сейчас, когда сель, пожалуй, стал весьма достоверным прогнозом - фигушки. Только ожидание, сдобренное хорошим таким любопытством. Не суперменское презрение к опасности, не стремление кинуться ей навстречу. И не надежда, что пронесет. Уверенное почтительное ожидание.

Кстати о настроении. На душе-то вовсе не так уж спокойно. Еще раз грот осмотреть. Галька, песок, глина┘ Коряжки застрявшие┘ Пожалуй, все-таки, до дальней полки не всякий сель добирается. Почему так? Каньон между нашей и второй развилками дюже узкий, местами просто в метр шириной, а здесь - пожалуй, все тридцать будет. Буферизация, однако. Ладно. Сложил барахло на полку, прислушался к интуиции - все, порядок. Можно дальше чаи гонять, а там и спать ложиться. Интуиция не переставая твердит, что просыпаться придется раненько.

***

Минус один час. И почему это спать так некомфортно стало? Шум какой-то, спальник влажный┘ Ага, дождь. Сколько там до входа в грот - метров пять? Изрядно шарашит, если брызги аж досюда достают. Перетащиться, пожалуй, немного вглубь.

У Леши и Влада, похоже, нервы немного не выдерживают - рюкзаками шуршат, пакуются. Хотя - опять залазят в спальники. Забавно. Обмен мнениями происходит лишь единожды и кратковременно. С общим смыслом, что леший его знает, сколько этот дождь уже идет, так что засекать время бессмысленно, надо спать дальше. Впрочем, вру. Леша попытался обобщить опыт мокрых кавказских пещер на предмет того, за сколько времени до паводка гул начинается, но сам же и заключил, что здесь это, видимо, неприложимо, и замолчал обратно.

Стена дождя. Со всех сторон - зарницы, гром вообще не утихает. Красиво┘ Как там писал Толстой об Андрееве? ⌠Он пугает, а мне не страшно■. Примерно такое же восприятие. Совершенно необъяснимо. Вот-вот заливать начнет, а народ - лежит себе в спальниках, дождем любуется, на лицах такое блаженное удовлетворение┘

***

Минус три минуты. Просыпаюсь от сделанного загробным голосом Лешиного сообщения ⌠Подъем, сель пошел!■. Впрочем, сию информацию еще уяснить надо, так что - пока без спешки. Через минуту - поступает новое сообщение. Таким же голосом, чем-то напоминающим сводки Информбюро, как их в классических кинофильмах преподносят. О том, что в каньоне уже река. Все. Шуточки кончились, пора трубить форсированное отступление. Ботинки, куртку одеть, спальник кинуть на полку┘ Собирать рюкзак все равно времени нет.

Где же обещанная река-то? Как было галечное дно, так и есть. Плюх! По колено. Ни фига себе, а я-то думал, что при селях и паводках грязь - непременное свойство воды! А она прозрачная, даже не заметил, пока не влетел.

Так. Подъем на полку будет со старой стоянки, это метров пятьдесят вниз по течению. Пока прибывает медленно, к началу подъема даже не все русло залило. Теперь вверх. Непонятно, правда, зачем - дождь уже еле-еле, а смотреть отсюда заведомо красивее. Видимо, потому, что Влад все приговаривает насчет того, что повыше бы нужно, сейчас, мол, ударная волна подойдет, может хлестануть. Но - на то непохоже. Даже не имея в виду всяких общих соображений насчет буферности и пропускной способности. Кусты. Если бы доставало - вряд ли росли бы здесь. Внизу вон, там, где точно заливает - ничего, кроме жуткой крепости стелющихся лиан и травы. Хотя, хотя┘ В Каргали-каньоне даже деревья на дне растут, а сели бывают вполне преизрядные. Деревья и кусты в каньонах прочные, собственно воду и гальку игнорируют, остается вопрос вероятности - звизданет катящаяся глыба, или ее мимо протащит.

***

Время ноль. Внизу бушует поток, гром и рев стоит на весь каньон. Даже не заметили, была волна, нет - мгновение назад был ручей, теперь река. Без промежуточных состояний и без звуковых эффектов. Ага, Женька тоже какую-то часть шмоток приволок, вон лихорадочно добывает фотоаппарат и вспышки. Хорошая идея. Моя-то аппаратура вся в гроте осталась, впрочем, наверное, будь здесь - все равно не достал бы. Масштабы несоизмеримы. Снимать при вспышках крошечный кусочек такого процесса - неуважением пахнет.

Первый случай недисциплинированности. Как только Женя с фотоаппаратом трогается вниз, Влад и Леша чуть ли не вприпрыжку и с радостным повизгиванием несутся следом, целиком и полностью игнорируя его адмиральские эскапады (опять берет командование) на предмет того, что никому никуда не рыпаться.

Вот ведь, дают! Удумали наладить через поток эвакуацию всего оставленного в гроте барахла! И это несмотря на дождь, который у нас, правда, закончился, но в верховьях - шурует вовсю. Со стороны гребня грохот обвалов порой даже сквозь раскаты грома пробивает.

Кстати, ну у Лешки слух натасканный! Я до сих пор не могу разделить, где гром, где шум дождя, где рев потока - а он за пять минут до начала поток проидентифицировал. Причем - говорит, даже испугался чуток, когда вдруг понял, что шум - это не только дождь, и в ту же секунду этот шум пошел в рост, превращаясь в гул и рев. Но - с первой струей воды весь перепуг как рукой сняло.

***

Плюс пятнадцать минут. Разложили нечто вроде лагеря, правда, пришлось пускать в ход все наличные запасы полиэтилена. С кровли навеса капает, пожалуй, сильнее, чем с неба на улице, но - чем черт не шутит, вдруг опять вдарит, и помощнее? Ребята подходят, эвакуационная компания у них закончилась полным успехом - уровень воды растет, но медленно, лежки в гроте уже залило, но до полок, где был груз, раньше, чем через час не дойдет.

Считаем потери. Очень примечательный, между прочим, список. Один фонарь, одна ложка. Это - ерунда, к тому же не факт, что их не забыли напредыдущем этапе. Чайник. Это уже нечто. Не в смысле, что жалко там, или несподручно без него. Конкретно этот чайник - талисман всех наших экспедиций на Кугитанг последних восемнадцати лет, даже удостоившийся целой страницы в книге, не говоря уж о десятках фотографий. Долгая, интересная и разнообразная жизнь, и - достойная гибель. Две кастрюли. Не менее заслуженных. Тоже в своем роде талисманных, правда - для пропасти Снежная на Кавказе. Немного не по месту прописки погибли, но также достойно. И Женьке (чьи кастрюли)поделом. Чтобы не бухтел, на кой черт в экспедиции две запасных. Вот на этот самый, чтобы теперь было в чем готовить. Пожалуй, все - разве что совсем мелочь какая.

Опять же не вполне понятно, почему, но никакого психологического отката нет в помине. Потери подсчитали, и - завалились спать, как сурки. Как будто не было никакого бедствия, никакой эвакуации┘

Между прочим, совсем загадка получается. Практически во всей литературе стихийные бедствия порождают в зрителях - потенциальных жертвах, даже самых, что ни на есть, атеистах, какие-то мысли на религиозно-мистические темы. Не могу сказать, что вся команда - столь уж убежденные атеисты. Более того - далекие от материализма темы возникают в вечерних трепах регулярно. Но во время селя - черта с два. Точная реализация поговорки, что слов нет - одни эмоции. Причем эмоции такие: кондовый азарт, ломовой кайф и здоровое любопытство. Паники и перепуга даже у дам - что у мешков с песком.

***

Плюс девять часов. Первая мысль - где ближайший фотоаппарат? Нет, добежать не успеваю, а зря. В прорехе тумана буквально на минуту возникло зрелище поразительное - вид вниз по каньону с угольно-черным столбом водяной пыли над большим каскадом. Неожиданно огромным - на сотню метров выше монументальных стен каньона . Возникло - и опять исчезло в тумане. Но дело сделало. То все шестеро разнеженно потягивались в спальниках, секунда - и все шестеро с фотоаппаратами в боевой готовности выстроились на полке, воображающей себя луковым полем. Пожалуй, для вящего идиотизма картины больше подошел бы укроп, но и густые заросли лука по пояс тоже годятся.

Вот, когда выгруженную лодку вспомнили не только хохмы ради! Сидим запертые в самом неинтересном участке каньона - даже не то, что ни одного водопада - ни одного серьезного порога нет, спуски с полки в аккурат к началу и концу участка, перед каскадом можно было бы аварийный уловитель устроить, и - кататься. Все равно делать больше нечего.

Нету лодки. И погода не фотографическая, а даже и была бы - ну какое настроение снимать просто горную реку, когда за поворотами гремят и пылят такие водопады? Вот и начинается спор об аксиоматике - как правильно назвать пережитое явление. Вроде бы, обещали сель. Но сель по определению - нечто, имеющее фронтальную волну, а также обильно смешанное с грязью. Ни того, ни другого. Плавно, хоть и быстро, поднявшийся поток чистой воды, с камнями, изрядной мощности, но - воды, а не грязи. Скорее просто сильный паводок.

Спор, правда, ни к чему не привел - остались при своих. До того, как спустились на равнину. Зрелище огромных пространств, по колено залитых жидкой грязью, поставило некоторую логическую точку. Что термин ⌠сель■ вырабатывался для равнинных условий и соответственно вошел в учебники, а то, что при этом происходит там, где оное бедствие зарождается и формируется - осталось за рамками темы. Так что - мы имели дело именно с классическим селем в верхней его части. Между прочим, со сравнительно небольшим. Безделье побудило повнимательнее осмотреть склон, ведущий к полке. Хорошо же мы рассчитывали возможную мощь и возможный уровень подъема воды! Коряжки, принесенные давним селевым потоком, обнаруживались до высоты двадцати метров над руслом! Это что же получается, в узкой части на шестьдесят метров вода поднимается? Как бы эдакое спрогнозировать-то, чтобы оказаться в подобном месте в нужное время, и обязательно с таким же количеством фотоаппаратов и хорошей кинокамерой? Да еще, чтобы днем шурануло┘ Учинить репортаж, по сравнению с которым Ниагара показалась бы детским фонтанчиком в цивилизованном парке. Хотя, хотя┘ Не факт, что эффектно бы получилось. Кугитангские каньоны, несмотря на внушительные габариты, почему-то имеют вид игрушечных, и приходится прилагать немалые усилия для уничтожения на фотографиях подобного впечатления. Если же их еще и наполнить до половины водой - совсем караул будет, детский аквапарк, да и только. Даже если масштаб сорганизовать, ни один здравомыслящий человек не поверит, что не монтаж.

***

Плюс двенадцать часов. Поток почти иссяк. И девчата, заразы, весь кайф поломали. Надо же только такое удумать - найти чайник! Да если хотя бы бы просто нашли! Откопали, углядев торчащий из гальки кончик ручки! Такая получалась легенда, да и, пожалуй, вышло бы еще лучше, если бы нашли в комплекте┘ Так ведь без крышки! Не туда и не сюда.

Делать, между прочим, нечего - после эдакого совсем не до поиска пещеры, да и вода только на нашем участке уже ушла в гальку. Выше, где у каньона вылизанное каменное дно, еще день-два течь будет. А лазить по водопадам - удовольствие ниже среднего, если оно не самоцель. Придется отдыхать и сегодня. Интересно, кстати, прикинуть, а на чем все-таки интуиция сработала, что наше поведение оказалось столь демонстративно-идиотским? Видимо, все же не просто так... Попробуем еще раз оценить риски. Полка. При умеренном дожде - безопасна, при очень сильном - даже если не сорвется карниз, осколками все равно достанет, укрытий от них нет. А камнепады весьма вероятны - завал внизу и широкий каньон прямо указывают на ослабленную, то есть - самую камнепадную зону. Грот. Пока не затопит целиком - безопасен. Заложен в выпирающем из стены монолите древнего рифа, столь прочном, что ни камнепады его не берут, ни галька, играющая при селях роль напильника. Даже сам каньон обтекает монолит вокруг. Уровень воды. Как правильно оценилось - при ⌠нормальном■ дожде на этом участке не опасен и даже оставляет сухую полку в гроте. При катастрофическом - безусловно заливает, так ведь катастрофический дождь идет минуты, а задержка подхода воды - десятки минут. Вот и получается, что сидеть в гроте до последнего при нормальном дожде, или до окончания дождя катастрофического, и только тогда спасаться на полку - действительно, тактика наименьшего риска. То есть - интуиция свелась к подсознательному суммированию накопленного опыта. И не более.

***

Плюс двадцать часов. Погода уже смягчилась, но еще не разошлась. Последний взгляд в большой цирк уже сверху - перед сброской в Чинджир. Реки тумана, льющиеся вдоль притоков и вихрящиеся на сухих уже водопадах, приблизительно демонстрируют тот расклад, который ожидал бы нас при действительно серьезном ливне. Как бы приглашая к продолжению беседы в следующий раз, несколько иными средствами и на несколько ином уровне. Видимо, каньону понравилось - не учинять с посетителями активные кошко-мышкины игры, а спокойно играть во что-нибудь типа бриджа, перемежая на каждом раскладе длительные стратегические размышления молниеносными розыгрышами. И сыграть еще раз придется - пещеру ведь так и не нашли, будет и дальше сидеть занозой понятно, где. Так что - будем готовиться. Опять же - не приложима ли к общению человека с природой, в особенности с ее активно-угрожающими обособлениями, идея Монтеня о том, что совершенно неважно, что собеседник скажет, важно - как он это скажет? Для обеих сторон... Если так - все в порядке, нужно лишь продолжать сохранять взаимно уважительный тон, набрав с собой еще больше пленки и аппаратуры и еще меньше - спецсредств спасения. Если нет - развлечение обещает быть любопытнее┘

 

Москва, 1998