Электронная версия. В слегка сокращенном виде опубликовано в Известиях за 24.09.1998, на 6-й полосе

 

Владимир Мальцев

Псевдонаука - дитя респектабельной науки.

 

Юпитер, ты сердишься - значит, ты не прав.

Древняя мудрость.

 

В Известиях от 17.07.1998 опубликована небезынтересная и в чем-то симптоматичная статья ⌠Наука клеймит псевдонауку■, за огромным количеством подписей. Собственно, содержание статьи не вызывает ни малейших возражений - выдвинутые аргументы очевидны и общеизвестны. Симптоматично то, что не делается ни малейшей попытки разобраться всерьез, что же порождает упомянутую лавину псевдонауки и откровенной мистики. А именно это и было бы любопытно сделать, возможно - в виде полемики в прессе. Дабы можно было бороться не со следствиями, а с причиной. Так что - попробую сделать следующий ход.

Итак.

Утверждение первое. Разгул шарлатанства непосредственно связан с современным состоянием ⌠респектабельной■ науки, более того - напрямую порожден ею.

Начнем с нескольких примеров. Всякий, конечно, замечал во всевозможных рекламах комментарии ученых. Пусть и подставных. Настоящие на те же вопросы ответили бы в точности то же самое. Или - отказались бы отвечать вообще, понимая, что ими спекулятивно манипулируют. Пример номер раз - о холестерине и маргарине. Вопрос - способствуют ли животные жиры отложению холестерина - имеет однозначно положительный ответ. Вопрос, содержат ли их маргарины, имеет ответ однозначно отрицательный. Вопрос, содержит ли поминаемый маргарин трансизомеры жирных кислот, куда, как более вредные для сосудов, чем любой животный жир, никто не задает. Ибо любой маргарин преимущественно из них и состоит.

Мелкий или единичный случай? Хорошо, пример номер два. Развернувшаяся лет десять назад борьба за сохранность озонового слоя, выразившаяся преимущественно в борьбе против производства фреонов. Вопрос был задан единственный - могут ли фреоны разрушать озон. Второй вопрос, о том, могут ли фреоны быть причиной той самой озоновой дыры над южным полюсом, задан не был. И не просто так. Потому что используются фреоны преимущественно в северном полушарии, а дыра-то над южным. Науке как-то неизвестны устойчивые воздушные течения сквозь экватор, и в период ⌠холодной войны■ было даже подсчитано, через сколько (а ведь много) десятилетий последствия атомной войны на севере могут докатиться до Австралии или Аргентины. Зато международные комиссии посыпались как горох, квоты стали появляться┘ Не на науке основанные - на чистой манипуляции наукой. Имеющие единственный смысл в перекачке очень больших денег за счет замены одной развитой отрасли промышленности с одними технологиями, другой, на иной технологической базе.

Заговор? Разумеется. Если мораль допускает, ученые управляемы, а общественное мнение под контролем - заговор не мог не появиться. Это как с революциями в созревшей для того стране. Если не сложится тот или иной заговор, то прорвется куда как более кровавый анархический бунт.

Итак, уровень отдельных товаров, затем уровень отраслей промышленности. А уровень государств? Тоже сколько угодно. Пример номер три - нарастающий по экспоненте вой насчет глобального потепления. Анатомия спекуляции ровно та же, что и в предыдущем примере. Известно, что углекислый газ может вызывать тепличный эффект. Известно также, что означенный эффект особо вредоносен, когда под ⌠тепличным экраном■ выделяется непредусмотренное тепло, а никакого механизма для отвода этого тепла у природы в резерве нет. Нет ли? А почему же тогда убедительной и доказательной статистики на предмет самого существования эффекта потепления не наблюдается? Не потому ли, что все, что мы имеем, никак не выходит за пределы самых обычных флюктуаций, которые были всегда? Зато что наблюдается - так это годичной давности межгосударственная конференция в Японии, на которой уже прозвучали слова о квотах государств на выделение индустриального тепла и индустриального углекислого газа, то есть - о квотах на индустриальную мощность. А заодно и о том, что раз уж промышленность в России в настоящий момент практически стоит, то можно ⌠излишнюю■ часть квот и продать. Дабы заплатить очередную зарплату или оплатить чью-то избирательную компанию (впрочем, эта мысль там не произносилась, но - держу пари, что подразумевалась). Добив тем самым надежды на возрождение указанной промышленности и указанной страны, ибо раз проданные квоты, даже если временно - кто ж вернет? Вспомним, для примера, ту же Аляску┘

Опять заговор, теперь уже против России? Опять разумеется. Хотя не факт, что главная цель - именно Россия. Пересмотр цен на нефть и структуры спроса сами по себе уже оправдывают столь масштабную подтасовку, если такое в принципе может быть оправдано. А Россия - так, на будущее. Вроде возможного туза в прикупе.

Что же мы в итоге имеем? Вина науки? Да нет - скорее, беда. Шила в мешке, как известно, не утаить, и что же будет, когда подобные злоупотребления начнут вскрываться не единицами, а сотнями и тысячами? Правильно, наука потеряет всякое доверие, репутация ее лопнет пузырем. Таким же, как недавние пузыри в экономиках тихоокеанских стран, которые также одни пытаются объяснять заговором спекулянтов, а другие - выдают за нормальный процесс. Заметили уже, что хорошее такое слово ⌠мыслитель■ давненько не применяется по отношению к крупным ученым? Случайно? Нет, вполне закономерно - общая философия, вкупе с данным словом, из науки ушла, как она сейчас уходит и из литературы, в которой сделала следующую остановку.

Словом, имеем следующий логичный тезис - беды от того, что наука сделала ставку на узкую специализацию. А любопытно здесь то, что тоже ведь не просто так! И не зря я, приводя примеры, оговорил возможность отказа отвечать. Узкая специализация ученых просто выгодна, ибо позволяет ими манипулировать. Имея ⌠мыслителей■, вздуть пузырь на их авторитете нельзя - видя последствия, откажутся сразу.

И в то же время, узость специализации и проистекающие из нее возможность манипуляции вкупе с надуванием пузырей - вещи совершенно неизбежные.

Рассмотрим достаточно близкую аналогию. Самонаводящаяся ракета, гонясь за целью, действует таким образом, чтобы вектор ее собственного движения оставался всегда направленным строго на цель. Это означает, что при равных скоростях любой маневр цели приблизит к ней преследователя. Вполне доказуемо математически, что такая простейшая тактика оптимальна. Более того - известно, что гепарды и борзые собаки охотятся на своих антилоп и зайцев именно так. Однофакторная модель поведения, идеальная в тривиальных условиях. А если на лугу есть яма, а заяц не совсем глуп и не петляет лишнего? В этом случае, даже если заяц и не будет заманивать собаку в яму специально, время погони вырастет настолько, что она туда сверзится просто из вероятностных соображений.

Как только в науке есть деньги - их использование начинает оптимизироваться так, что наука начинает вести себя подобно борзой собаке. Узкие прорывы за периметр выгодны, но дороги. Деньги вкладываются, деньги возвращаются, ⌠рванувшаяся■ игла нового направления становится самодостаточной┘ Хлоп! И выясняется, что надравший Каспарова компьютер ⌠Дип Блу■ не имеет ничего общего с искусством программирования, разработками искусственного интеллекта, стратегией┘ Пирамида из десятка специализированных процессоров, каждый из которых разрабатывался предыдущим, пяток человек, которые еще хоть что-то понимают в том, как работает финальный продукт, ну и┘ простой перебор вариантов. Как в программах полувековой давности. Программы интеллекта не прибавили, а понимающих специалистов стало так мало, что, скорее всего, подготовить себе смену они не смогут физически. И через несколько десятков лет все начнется сначала, правда - с нового уровня. Того, до которого дошел реальный общий фронт науки, но отнюдь не тот или иной пузырь.

Утверждение второе. Все вышеописанное имеет абсолютно тривиальную подоплеку. Даже две. В двадцатом веке наука стала профессиональной, густо замешанной на деньгах, а потому - стала подчиняться основным правилам любой коммерческой деятельности. Сводящимся к правилам некогда популярной карточной игры ⌠веришь - не веришь■. Сможет научный коллектив убедительно сблефовать о том, что решит такую-то задачу - деньги будут. Не сможет - не будут. Побольше вложить в подготовку сверхузкого специалиста, создать ему авторитет, - и стричь купоны с этого авторитета. Пользуясь тем, что его идеи и заключения все равно практически никто не поймет, а раз так - появляется свобода для толкований и спекуляций. Обычная финансовая пирамида. Вы верите, что акции МММ завтра еще вырастут? Что экономики тихоокеанского региона завтра усилятся? Что ученые завтра предложат нечто, улучшающее всем качество жизни? Если верите - тащите и вкладывайте деньги. Больше денег - больше пузырь. Сегодня, завтра, послезавтра┘ Четырнадцатого туза положили┘ Хлоп! Нету. Ни МММ, ни тихоокеанских чудес┘ Ни авторитета науки.

Конечно, я немного утрирую - далеко не вся наука спекулятивна. Но видимая обывателю часть - более, чем. А заполнение освобождающейся ниши авторитетных суждений шарлатанами - следствие очевидное. Спекулятивность и раздутость видимой части науки не позволяют провести точной границы между наукой и шарлатанством. Особенно - в глазах ⌠источников финансирования■, не способных понять реальной подоплеки и возможностей того и другого. Они в обоих случаях видят элементарную меркантильность, а потому равно не доверяют обоим. Но, пока пузырь далек от коллапса, делают свои ставки, основываясь на соображениях моды, на собственной интуиции, ну и так далее.

Теперь о второй подоплеке. Один из вернейших симптомов уже начавшегося резкого падения авторитета науки - литература. Легко заметить, что ⌠добротная■ научная фантастика практически извелась, уступив место ⌠фэнтези■ - примерно тому же жанру, но с креном в мистику. Равно, как и ⌠добротная■ научно-популярная литература, изобилующая увлекательными гипотезами, вытеснена всевозможными псевдоэнциклопедиями. Что, собственно, можно ждать от обывателя, если и писатели туда же? А вот почему писатели туда же - вопрос отдельный. Здесь работает тот же эффект пузыря, но на несколько ином уровне. И вот именно здесь можно немного поспорить с авторами статьи ⌠Наука клеймит псевдонауку■. Нельзя всю мистику валить в одну кучу. Материалистический и идеалистический подходы не так уж и далеки друг от друга. Утверждения типа того, что нечто устроено именно так, потому что этого захотел Бог, в большинстве случаев вполне проходит тест ⌠бритвой Оккама■, считающийся критерием научности методологии. На ⌠мифологически-магических■ постулатах вполне можно построить не менее логичную картину мира, чем на любых других. Птолемей и Аристотель отнюдь не были сугубыми материалистами, но построили совсем неплохие для своего времени астрономические модели. Нарушения методологии возникают только когда Богу начинают придумывать биографии, мотивы поступков┘ И строить выводы уже из них. В ⌠респектабельной■ науке то же самое. Наука не оперирует истинной картиной мира - о сути физических и химических взаимодействий мы реально знаем только верхние уровни. Уровнем ниже - сплошные модели и предположения, между прочим, небесспорные и часто меняющиеся. Та же теория относительности вполне хороша как математическая модель, но всерьез постулировать реальную искривленность пространства - уже явный перебор. Построение церкви, ничем не отличающейся от других церквей. И вполне естественно, что писатели, уделив некоторый интервал времени одной церкви, переключаются на другую.

Утверждение третье. Вышеописанное неизбежно. Единственный способ спасти авторитет науки, а следовательно, заблокировать рост шарлатанства - в качественном подъеме научной этики путем ввода в научном сообществе жестких правил по неучастию в шоу и проектах, допускающих спекулятивные (или просто двойные) толкования. И этот способ - неисполним, так как узкая специализация как правило просто не позволяет оценить всех ⌠побочных эффектов■ того или другого заявления. Даже не говоря о сознательном участии в спекуляциях, которого, к сожалению, хватает. Как и в любой другой области человеческой деятельности, замешанной на деньгах. К тому же - узкая специализация, без истинной энциклопедичности, автоматически ведет к ⌠эффекту построения церкви■. Без широкой базы, оперируя только в рамках ⌠выстрелившего■ направления, физически невозможно удержать понимание того, что модели - это лишь модели.

Утверждение четвертое. Несмотря на мрачность обрисованной картины, никакой проблемы здесь нет. В истории человечества наука, равно как и религии, не раз профессионализировались и коммерциализировались, терпели крах авторитета - и через некоторое время возрождались опять. Безо всяких особо вредных для человечества последствий. Похоже, мы на грани очередного краха науки, который предотвратить не в силах, разве что - несколько отсрочить. Преимущественно для собственного комфорта. Но предлагаемый авторами обсуждаемой статьи рецепт - клеймить псевдонауку - даже к этой цели отнюдь не ведет.

 

(автор - не доктор, даже не кандидат, но - автор более, чем шестидесяти вполне ⌠респектабельно научных■ работ, в том числе монографий по математическим методам в геологии и по минералогии, писатель)